Есть ли будущее у ООН?
Международные проблемы
Ян ЕДЫНАК
Военная операция на Украине, осложнения в китайско-тайваньских отношениях, беспорядки в Израиле и Франции, попытка переворота в Судане, судебная «Трампиана» в Америке отвлекли внимание широкой публики и экспертного сообщества от других горячих точек, – а их на политической карте мира множество. Они не столь заметны, как вышеперечисленные конфликты, но именно в их незаметности кроется опасность.
Толпы израильтян и французов, бушующих на улицах, конечно, разнообразят и «украшают» телевизионную картинку. Но они же и заслоняют палестино-израильское противостояние, которое никуда не делось. Точно так же, как никуда не делись пакистано-индийские и другие территориальные споры. В любой момент может вспыхнуть с удвоенной силой война в Карабахе, не решён курдский вопрос. А талибы, получившие всего 5% от обещанной им международной помощи? Где гарантия, что они не решат двинуть за пределы Афганистана? Однако, на эти проблемы просто закрывают глаза. Точно так же, как стараются не замечать многочисленные территориальные, межплеменные, межконфессиональные конфликты в Африке. Да и на других континентах их хватает.
Кто вообще должен заниматься решением этих проблем? Теоретически, – ООН. А на самом деле? Эта организация была эффективна и даже незаменима в годы «Холодной войны». Сегодня же она превратилась в копию Лиги наций – этот забытый ныне международный орган был создан сразу после окончания Первой мировой войны в 1919 году, а с началом Второй мировой войны – просто рассосался. Вспомнили о нём только в 1946 году, чтобы распустить. Ждёт ли такая же судьба ООН? Скорее всего, да. Говорят, что всему виной право вето, которым обладают постоянные члены. Согласен, именно в него упираются решения любой серьёзной проблемы. Принятие окончательного документа блокируют или Россия с Китаем, или Запад. На Генассамблее США, пусть и с трудом, удаётся протаскивать выгодные им резолюции, но юридической силы они не имеют. Одним словом, – шумная, дорогостоящая и бесполезная говорильня.
В связи с этим возникают идеи реформирования ООН целиком или, хотя бы, Совбеза. Особым нападкам подвергается количество постоянных членов: пять стран получаются более равными, чем другие. Теоретически – вроде бы, справедливо. Почему полуторамиллиардная Индия не является постоянным членом Совбеза? Почему этот статус не имеет ни один представитель Африки или Латинской Америки? Ни одна из мусульманских стран? Но даже если реформа пройдёт, что это изменит? Ну, допустим, войдут в состав постоянных членов Совбеза Индия, Бразилия, ЮАР, от исламского мира Пакистан или Египет? Голосование всё равно будет проходить так же. Любая попытка принять решение нарвётся на чьё-нибудь вето.
Некоторые советуют заменить Совбез Генеральной ассамблеей. Но тогда будет ещё хуже: меньшинство просто станет игнорировать решение большинства. Первое же заседание обновлённой ООН станет последним. И всё-таки почему в течение 40 лет эта, на первый взгляд, беспомощная организация, пусть и со скрипом, но решала основные международные проблемы? Всё просто: при всех противоречиях между двумя системами было понимание, что надо договариваться. Сегодня его нет. США так уверовали в «конец истории» и однополярный мир, что одна мысль о равноправном диалоге кажется им кощунственной и даже преступной.
Что же делать в такой ситуации? Отдельные горячие головы у нас советуют выйти из ООН, громко хлопнув на прощание дверью. Но это было бы малоэффективно. Право вето есть, всё-таки, право вето и, пока ещё, кое-как оно работает. Если создавать альтернативу, – результат будет тот же: вместо дебатов – диалог глухих из старинного водевиля.
Надо просто понять, что процесс нового передела мира уже запущен. И решать судьбы человечества будут страны-победительницы, как это было в Ялте в 1945 году. Тогда ООН и исчезнет сама собой, как исчезла Лига наций. Взамен появится нечто новое. Что – мы не знаем. Известно только то, что идея Единого мира, в котором возможен полный консенсус, – такая же утопия, как Царство Божие на Земле или Коммунизм.