Внешняя политика: Россия и Китай - партнёрство, основанное на разуме
Николай Владимиров
Россия взяла курс на внешнеполитическое и внешнеэкономическое сближение с Китаем, что соответствует и планам Китая в отношении России. Руководители наших стран хорошо понимают, насколько важным является наше партнёрство в современном неспокойном мире. Именно поэтому усиливается и военное сотрудничество: недавние российско-китайские манёвры в Средиземном море и многочисленные совместные учения на суше – лучшее тому подтверждение.
Однако, хотелось бы остановиться не на планах сотрудничества, которые действительно грандиозны, а на тех опасениях, которые вызывает российско-китайское сближение. Ну, опасения США, Японии, а также отчасти Южной Кореи – понятны: в случае, если проект Москва-Пекин заработает в полную мощь, – США лишатся титула единственной мировой сверхдержавы. У Японии есть территориальные споры, как с Китаем, так и с Россией. Китайско-Южнокорейские отношения тоже не безоблачны: кроме территориальных споров, существует ещё и проблема Северной Кореи (к которой, кстати, напрямую причастна Россия).
Однако, голоса противников российско-китайского сотрудничества раздаются не только из Вашингтона, Токио и Сеула, но и из Москвы, Санкт-Петербурга, Владивостока и даже Екатеринбурга. Следует сказать, что ни один серьёзный российский китаист никаких опасений не испытывает. Зато до истерики волнуются псевдоучёные, абсолютно никакого отношения к изучению Китая не имеющие, но зато являющиеся выдающимися умельцами в деле освоения американских и японских грантов. Не отстают от них и те НКО, названия которых можно легко обнаружить в списках иностранных агентов. Удивительно видеть среди борцов с внедряемой в мозги обывателей «китайской экспансией» и тех общественных деятелей, которые ратуют за отделение от России некой «Дальневосточной республики».
Понятно, что на это сборище околонаучных и околополитических клоунов можно было бы не обращать внимания, если бы в нём не мелькали иногда крупные госчиновники. Так, бывший член Госсовета и бывший губернатор Сахалинской области Хорошавин был известен не только своей любовью к недвижимости, наличности, эскорт-услугам и авторучкам, стоимостью с небольшой посёлок, но и тесной дружбой с некоторыми японскими «неправительственными» фондами, – причём, интересовало эти фонды вовсе не абстрактная проблема «северных территорий», а конкретные российско-китайские проекты в области энергетики.
Но начнём по порядку. Что является основой антикитайской истерии, раздуваемой некоторыми нашими «учёными», общественниками и журналистами? Это, прежде всего, жупел китайской экспансии: «китайцев-мол, полтора миллиарда, а нас – всего 150 миллионов, поэтому китайцы придут и всё захватят, чтобы Россия вплоть до Урала стала частью Поднебесной».
На первый взгляд, с точки зрения обывателя, всё выглядит вполне логично: «китайский гигант и рядом мы - маленькие». Но обратимся к фактам. Существует ли вообще территориальная проблема? Первым официальным Договором по демаркации границы в районе Амура был Нерчинский Договор 1689 года, подписанный воеводой Головиным. Точку в пограничных спорах поставил Договор о добрососедстве, дружбе и сотрудничестве 2001 года, подписанный Президентом Путиным и Председателем Дзянь Дзэ-минем. В дальнейшем все пограничные споры решались чисто технически и из сферы большой политики выпали. Между этими двумя документами – 312 лет и десятки других договоров, соглашений, вооружённых стычек и настоящих войн. Теперь вопрос решён окончательно – так считают не только в Москве, но и в Пекине.
В Китае на данный момент имеются только две по-настоящему крупные, официально признанные территориальные проблемы: первая, само собой разумеется, – Тайвань; вторая (чуть менее известная) – острова Спратли – группа живописных рифов в Южно-Китайском море, густо заселённая черепахами и птицами, которая стала яблоком раздора между Китаем, Тайванем, Малайзией, Вьетнамом и Филиппинами. Не осталась в стороне и Япония, лихорадочно отстаивающая свой, канувший в Лету, статус региональной сверхдержавы. Все остальные территориальные проблемы столь мелки, что их можно даже не касаться. Кстати, в Китае за призывы к изменению границ, без разницы в какую сторону, грозит тюремное заключение.
Следующий излюбленный тезис наших китаефобов – «Растущая китайская военная мощь нацелена на Россию» – и вовсе абсурден. Да, Китай укрепляет свои вооружённые силы. Однако они ни против кого бы то ни было НЕ направлены. Китайцы – люди прагматичные и прекрасно понимают, что экономическое превосходство (а Китай сейчас – первая экономика мира!) – ничто без превосходства военного. Одним словом, как писал русский классик, – «Всё куплю, сказало злато; всё возьму, сказал булат». Но Китай почти всегда предпочитает решать свои проблемы мирно. Достаточно прочесть внимательно два главных китайских военных канона – «Сунь-цзы» (IV в. до н.э.) и «У-цзы» (V в. до н.э.), – чтобы убедиться: главная цель китайской военной стратегии – избегать войны настолько, насколько это возможно. «У-цзы» прямо говорит: «...истинная гуманность правителя проявляется в его усилиях не допустить разорения своей страны и своего народа».
И наконец, третья мантра, изобретённая нашими грантохватами: «Россия-мол превращается в сырьевой придаток Китая». Думаю, тут надо сразу же расставить все точки над И. Сырьевые страны бывают двух видов: первые живут исключительно за счёт продажи сырья – это монархии стран Персидского залива, практически вся Африка, многие страны Азии и Латинской Америки; вторые – это те, кто продаёт сырьё, но при этом основной доход получает от других отраслей экономики. Здесь можно упомянуть США, Канаду, Австралию, Норвегию, Бразилию, Мексику, Индию. Постепенно такой страной становится и Россия, а сотрудничество с Китаем только способствует этому. Господам-псевдоучёным пора бы давно разобраться в этом элементарном вопросе и не нагнетать обстановку в угоду Западу.
Да, Китай увеличивает закупки нашего сырья, прежде всего, энергоносителей. Но не следует забывать и о многомиллиардных контрактах в высокотехнологичной сфере. В частности: в авиастроении, транспорте, судостроении. Объёмы нашего сотрудничества в науке превышают объёмы научно-технического сотрудничества с ЕС! К тому же надо понимать, что единственный российский высокотехнологичный продукт, который, в отличие от Китая, необходим Западу, – это молодые перспективные учёные и готовые научные разработки, купленные за копейки, а то и просто украденные.
У нас много лет говорили о проклятье нефтяной иглы. Но сейчас, впервые с начала Перестройки, у России появился шанс слезть с другой, более опасной иглы, – западной. И грех было бы этим не воспользоваться. Сегодня Китай и Россия вновь вместе. Мудрые руководители наших государств заключают долгосрочные договоры, разрабатывают совместные проекты, обмениваются визитами на высшем уровне. Это радует и вселяет надежду, что вернувшаяся разумность в отношениях станет великим благом и для наших стран и для всего человечества.
